Разные лики нищеты

Еще недавно казалось, что их у нас не может быть просто потому, что не может быть никогда. И мы даже не заметили, как быстро стали привычными на улицах Минска, в метро, электричках, на базарах просящие подаяние калеки, старики, дети. Кто-то их старательно не замечает, отводя взгляд и ускоряя шаг, кто-то осуждает, убежденный в том, что человек — сам кузнец своего счастья. А кто-то по-христиански жалеет, справедливо понимая, что от тюрьмы и от сумы, увы, не заречешься.

...У входа в крытый павильон Комаровского рынка просит милостыню молодая женщина с двумя мальчиками. Красавица — тоненькая, смуглая, с огромными черными глазами. Малыши — лет трех и пяти — бегают среди спешащих покупателей, удачно выпрашивая деньги, конфеты. Охотно вступают в разговор:

— И откуда же вы такие чернявые красавцы?

— Душанбе приехал.

— А родители ваши где?

— Мама там сидит. Папа нет.

— А где же он?

— Война убил.

— Вы беженцы, что ли?

— Да, бежал Минск. Вокзал живем. Дай мороженый доесть?

И кто-то отдает. А кто-то проходит мимо, ворча, что Душанбе этот не далее как в Колодищах, возле Минска, находится. Поди проверь.

Кстати, одна моя знакомая, пенсионерка, решила-таки проверить. Недалеко от ее дома, в подземном переходе по проспекту Машерова, часто сидела женщина с грудным ребенком на руках. Рядом стоял самодельный трогательный плакатик: "Подайте Христа ради. Девочке нужна операция на сердце". Время от времени мать приподнимала простынку с личика ребенка, поила его из бутылочки, что-то нежно шептала. Как заметила бдительная пенсионерка, малышка лежала на руках у матери в любую погоду часами и никогда не плакала. В сердце честно заработавшей свою более чем скромную пенсию женщины закралось сомнение.

И в один из вечеров Зоя Семеновна твердо решила дождаться конца "рабочего дня" нищенки. Уже в сумерках та поднялась, быстро прибрала выручку, потерла онемевшие ноги. И направилась в сторону площади 8 Марта. Зоя Семеновна за ней... Молодая особа села в шикарную вишневую иномарку. А спокойный "ребенок" вместе с бутылочкой и одеялом полетел в багажник, не издав ни звука... "Никогда в жизни я больше никому не подам ни копейки, — говорила мне возмущенная пенсионерка. — Верите ли, но мне теперь даже в каждом старике обманщик чудится..."

Разумеется, верить или не верить, подавать или нет — личное дело каждого. Хотя порою среди нищих встречаются удивительные люди с удивительными историями. Одна из таких приключилась с другими моими знакомыми.

Ольга Ефимовна и ее муж Павел Петрович — инвалиды Великой Отечественной. Павел Петрович покрепче, Ольга Ефимовна, увы, передвигается только на костылях. Когда-то райсобес выделил им специальную машину, на свои сбережения они построили гараж. Вот, собственно, и все богатство. Если не считать душевной доброты и отзывчивости: случится какая беда у друзей и знакомых — всегда посочувствуют, поделятся последним.

И вот как-то зашла к ним соседка вся в слезах. Сын задолжал деньги, и "компаньоны" избили его так, что парень попал в больницу. А негодяи припугнули мать: мол, через две недели не отдаст долг в 2 тысячи долларов — убьем. Нам бы только перехватить эту сумму на время, плакала соседка, а самое большее через полгода вернем с процентами.

У Ольги Ефимовны и Павла Петровича таких денег отродясь не было. Но соседка придумала такой вариант: а не согласятся ли они заложить за полторы тысячи свой гараж? Пользователя она уже нашла. А машина может пару-тройку месяцев постоять во дворе — там вон какие иномарки ночуют и ничего. Димка из больницы выпишется, еще и сигнализацию поставит...

Что и говорить, закладывать "недвижимость" старикам было страшновато, но соседка едва ли не становилась на колени. Да и сына ее, выросшего на их глазах, было жалко. В общем, на следующее утро ключи от гаража они отдали в обмен на 1.500 долларов. Расписки не потребовали.

Через три недели Дмитрий выписался из больницы, расплатился с "компаньонами" и уехал. На заработки, объяснила соседка. Через два месяца его посадили. И приговорили к 5 годам заключения за изнасилование. Требовать возврата полутора тысяч долларов у несчастной матери старики не посмели. Между тем их машина на улице ржавела и приходила в негодность, и без нее они были действительно как без ног.

На семейном совете супруги решили... просить милостыню. Полторы тысячи долларов они собирали два горьких года. Затем долгое время через суд выкупали свой гараж, ремонтировали машину. Сегодня ездят на ней за покупками, в поликлинику, к родным. И если по пути встречают нищих — всегда подают...

Ольга Борисова.