Злосчастная пилотка

Это случилось в Минске.

Наталья Гришкевич живет на первом этаже. У нее есть муж и двое сыновей, а также имущество. За все это она очень переживает. Поэтому, когда Наталья узнала, что кто-то из соседей хранит в подвале, под ней, бензин, подумала: "А вдруг взорвемся?" и взволновалась.

Позвонила в милицейскую дежурку, изложила суть вопроса и, услышав "Разберемся!", успокоилась.

"Органы" прикатили через полчаса. Молодой милиционер Мальчевский зашел в квартиру, где мирная Наташа жарила драники, записал историю про бензин и собрался уходить. И тут... Тут в глаза ему бросилась милицейская форменная пилотка, лежавшая в комнате на кресле.

— А это у вас откуда? — вежливо поинтересовался он.

— Не знаю, — смутилась Наташа. — У меня семилетний сын с ней играется. Может, поменялся с кем из детей, может, подарил кто?

— Хм. А вы что же, не знакомы с девятым декретом Президента? Плохо, надо читать прессу. Такие вещи хранить дома не положено. Собирайтесь. Поедете с нами в милицию.

Наташа стала спорить:

— Да вы что? Мне через 10 минут идти в школу, ребенка забирать. Вы возьмите пилотку, составьте сами протокол, а я к вам приду в другое время.

Но ей все-таки пришлось одеться и на глазах у шокированных местных старушек залезть в милицейскую машину. Подъехали к школе. Наташа попросила высадить ее в каких-нибудь кустах, чтоб не позориться перед детьми и учительницей. Не положено. Вместе с Наташей Мальчевский выскочил из авто и пошел в класс. Навстречу маме выбежал радостный ребенок и похвастался первой в жизни пятеркой. Мама с затравленным видом быстро собрала его вещички, утрамбовала в мешок и на глазах у всего класса они, конвоируемые "дядей милиционером", сели в машину и скрылись за поворотом.

— Мамочка, а зачем нас везут в милицию? — удивился мальчишка. — Я же еще маленький, я же ничего не сделал...

"Дядя" показал пилотку. "А-а, так это мне Алик подарил. Наш знакомый таксист."

В милиции Наташа немного потопталась на первом этаже, пока Мальчевский бегал что-то искать. Потом они вместе прошли в кабинет, он покопался в сейфе, закрыл его и сказал: "Сейчас мне лень читать этот документ. Я вас отпускаю..."

... Человек, который хоть раз попадал в милицию при таких обстоятельствах, поймет, как нехорошо себя чувствовала Наташа. Вернувшись домой, она первым делом подскочила к зеркалу — проверить, дрожит еще от обиды подбородок или нет.

Потом, успокоившись немножко, села и написала заявление в прокуратуру с просьбой "разобраться в этом казусе". Заканчивается заявление так: "Кто дал людям в погонах право унижать и оскорблять наше достоинство? Я считаю, что, кроме законов, кодексов и декретов, существует моральное право, которым, увы, милиция не владеет. А тупое служение букве закона безнравственно. Мне впервые довелось столкнуться с нашими органами по охране и защите прав граждан, но мнение сложилось о милиции вообще".

Под вечер Наташа позвонила Алику, чтобы спросить, где он-то взял эту злосчастную пилотку? То, что он ответил, превратило нашу историю почти что в анекдот:

— Подвозил пьяного милиционера, в дым пьяного, понимаешь? Он там тихонечко себе сидел на заднем сиденьи, наверно и не заметил, как обронил амуницию. А я утром, когда машину чистил, нашел ее на полу...

Ольга Языкович.