Отыщешь ты в горах победу над собой...

Суровый, крутой нрав этой горы давно известен в восходительском мире. Долгие годы самый северный семитысячник планеты пик Победы (7439 м) держал отрицательный счет: на нем погибло альпинистов больше, чем достигло вершины. Даже для многоопытных советских высотников он оказывался камнем преткновения в спортивной карьере. Вершину эту оставляли “на потом” и белорусские альпинисты, в “послужных списках” которых были четыре (из пяти) наивысших горы СССР. Приходилось снаряжать повторные экспедиции, чтоб добиться заветного звания “Снежный барс”. В минувшем восходительском сезоне, который в целом можно считать удачным для наших альпинистов — полку “снежных барсов” прибыло: на вершине пика Победы побывали минчане Петр Коноплев и Сергей Филимонов. Вместе с еще одним минчанином — Николаем Бандалетом и украинцем Русланом Демидченко. Кроме этих штурмовых двоек, в обеих группах были и другие участники тянь-шаньской эпопеи.

Каким он оказался — день Победы?

В верхней части горы в тот день собралось достаточно народа: грузины, узбеки, немец... На 7100 высился “Обелиск”. Так называют массивную коричневую скалу, под которой — последний приют двух советских восходителей. На поиски тела одного из них, Иосифа Габлиани (погиб в 1961 году), вышла грузинская команда. Она отрыла его под скалой в трещине протаивания, чтоб потом похоронить на родине, в Сванетии.

“Memento mori” — напоминал торчавший на склоне, в стороне от тропы, ледовый молоток. Он принадлежал молодоженам из Прибалтики, которые решили провести медовый месяц здесь, на Победе. Ушли вверх и — не вернулись... Молоток этот еще долго стоял перед глазами у Коноплева и Филимонова, когда они сражались с пургой на пути в штурмовой лагерь (6918). Но уже и это позади. Вот идет четвертый час, как они оставили последний лагерь. Теперь небо чистое, но ураганной силы ветер.

...С высоты 7200 отступило более десятка человек, которые ушли вверх раньше их. Там — опасный снежный нож, гребень, с которого ветер так и норовит сдуть в пропасть любого смельчака. И если ты обессилел...

— Андрюха, что случилось? — спросил Филимонов у Федорова, руководителя возвращавшихся в лагерь ташкентцев.

— Страшный ветер! Нож не пройти — сбросит!.. — прокричал тот.

— Пит, мы не уходим? — обернулся Филимонов к Коноплеву.

— Нет, Фил, не уходим.

Полчаса, сидя за огромным камнем, четверо человек (Николай Бандалет и Руслан Демидченко тоже не хотели отступать), ждали, когда хоть немного угомонится проклятая стихия. Но ветер и не думал униматься. И снежные флаги на гребне говорили: опасно. “Идти иль не идти?” Каждый в этой ситуации решал сам за себя. Молча смотрели друг на друга... Вдруг Демидченко сочно выругался на весь этот ветер, словно тот мог внять человеческим словам. И добавил:

— Что ж там за гребень такой? Идем посмотрим!

Чаша весов склонялась в сторону Победы. И обе двойки пошли вверх.

— Это закон: если гора тебя не пускает, ее переспорить нельзя. В тот момент, когда мы шли, ветер, казалось, снижал напор. И мы почувствовали, что на сей раз гора нас принимает, — рассказывает Филимонов. — Наконец — вершина. Нашли тур, вложили в него свою записку. Пустили зеленую ракету, которую тут же отнесло в китайскую сторону. В общем, это была у нас с Питом вторая попытка. Первая — два года назад. Тогда добрались лишь до отметки 6400: ветер порвал палатку. Кстати, на этот раз, как оказалось, Руслан поднимался со сломанным ребром — в него угодил камень. Но понял Руслан это лишь на обратном пути... И еще. Мы с Питом в один из восходительских дней отметили в свежевырытой снежной пещере свое 90-летие — в сумме, конечно. Все свои главные вершины с ним мы взяли вместе...

К базовому лагерю (4200) эта двойка смогла прийти всего за день. А там, в международном альпинистском центре “Иныльчек”, народ был радостно озабочен появлением легендарного Рейнхольда Месснера. Но первого альпиниста мира больше всего интересовали не люди с их эйфорией, а горы. В суете встречи со знаменитостью почти не заметили возвращения с победой минчан. Слово в лагере им дали лишь на следующее утро...

Константин Столярчук.

Петр Коноплев — фото.