Условия перепечатки информации из электронного варианта газеты «Вечерний Минск»

---

Сидевший в кабинете оперативников столичного угрозыска респектабельный человек средних лет олицетворял всем видом преуспевающего бизнесмена и выглядел как нечто инородное на фоне болотного цвета сейфов и скромной мебели. Однако как ни пытался Владимир Синько принимать царственные позы на неудобном казенном стуле и изображать крайнее удивление по поводу своего ареста, место в изоляторе ему было гарантировано.

Впрочем неприятности с законом у задержанного случались и раньше. Отсидев положенное за попытку хищения и кражу со взломом, экс-зэк так и не смог проникнуться лозунгом всех тюрем "На свободу — с чистой совестью" и из Мурманска, где жил до того, подался в Минск, полагая, что на новом месте будет легче начать новую жизнь. От природы человек общительный, он легко завел в столице нужные знакомства и вскоре освоился на поприще среднего бизнеса. Среди деловых партнеров оказался и Григорий Линьков. Парень предприимчивый, Гриша делал деньги, что называется, из воздуха. Сблизило новых приятелей то, что оба в свое время прошли тюремную школу. Как-то раз Гриша обмолвился, что, мол, "выгорело" одно дельце, которое принесло неплохие дивиденды. Владимир тогда не стал выспрашивать подробности, но, позвонив через несколько дней дружку, узнал от заплаканной жены, что "дельце", на которое намекал Гришка, оказалось разбойным нападением на предпринимателя, а потому сидит ее муженек на "Володарке" (то есть, в следственном изоляторе) в ожидании суда. Как и положено "другу семьи", Володя поинтересовался здоровьем домашних, самочувствием Гришиной матушки, которую как-то видел из окна машины.

— Ну какое тут самочувствие, Владимир Леонидович, когда такая беда у нас! — сокрушалась безутешная жена. — Дома сидим, ждем вызова к следователю, а мама поехала в СИЗО, повезла сыну передачу.

Вот тут-то и проснулось в Володе дремавшее до сих пор желание быстро и сразу получить чемодан, туго набитый купюрами. Он прекрасно помнил слова дружка о том, что мать души не чает в сыне, что женщина она не бедная и даже в свое время помогла начальным капиталом. Надев свой лучший костюм, прихватив для солидности дорогой "кейс", Вова рванул на "Володарку". Гришкину мать он узнал сразу — женщина стояла с объемным пакетом у проходной СИЗО.

— Простите, вы Маргарита Степановна Линькова?

— Да, я.

— Меня зовут Владимир Леонидович, я начальник отряда, в котором числится ваш сын. Хочу предложить свою помощь.

— Чем же моему Гришеньке сейчас поможешь! — вздохнула Маргарита Семеновна. — Разве что помогите вот передачу поскорее отдать сыну.

— Ну за этим дело не станет, — рассмеялся Владимир, — однако могу предложить неплохой выход из ситуации, в которой оказался ваш Григорий.

— А что, есть какая-нибудь надежда?

— Вы знаете новое постановление Генпрокурора о том, что подозреваемых в преступлении можно освобождать под залог?

— Нет.

— Так вот, я мог бы похлопотать о том, чтобы сына отпустили до суда. Правда, — изобразил смущение Владимир, — это потребует некоторых финансовых затрат. Сумма залога немалая, да и кое-какие подарки придется сделать, сами понимаете, преступление серьезное...

Все поплыло перед глазами Маргариты Семеновны от блеснувшей надежды на пусть временное, но все-таки освобождение любимого чада.

— Владимир Леонидович, дорогой! Я готова заплатить какие угодно деньги, только помогите вызволить сына из тюрьмы!

Не будем подробно описывать, как лженачальник несуществующего отряда водил окрыленную женщину за нос. Например, в очередной раз встречаясь с Маргаритой Семеновной, авторитетно заявил: "Я только что из городского суда, где решался вопрос об освобождении вашего сына. Судя по всему, дело сдвинулось, однако не помешало бы преподнести кое-кому небольшие подарки. Ну вы же понимаете..."

И в "кейс" мошенника перекочевывали деньги, коробки дорогих конфет, бутылки коллекционного коньяка и т.д., якобы для подмазывания суровых прокуроров и судей. Однажды он привел женщину в здание городского суда, попросил ее подождать в фойе, а сам понес "прокурору" 1000 долларов залога, которые ему беспрекословно отдала Маргарита Семеновна. Побродив по коридорам, спустился в фойе и радостно прошептал:

— С вас коньяк, Маргарита Семеновна! Вопрос решился положительно. "Залог" принят! Завтра же готовьте костюм для сына и после обеда ждите нас на проходной СИЗО!

Маргариту Семеновну спасла интуиция: придя домой и слегка "остыв" от свалившейся радости, она пришла к выводу, что как-то слишком легко судья согласился отпустить сына. "Украл бы бутылку шампуня в магазине, тогда понятно, зачем его держать несколько месяцев в камере, а тут — разбой!" — рассуждала про себя женщина. Собравшись с духом, она направилась прямиком в милицию, где рассказала и о начальнике отряда, и о залоге, и даже о подарках...

Мошенника удалось задержать.