Живые свидетели старины

Если взять все деревья, растущие в Беловежской пуще (Запад Беларуси), от мала до велика, то средний возраст леса составит 100 лет. Две трети лесных насаждений относятся к старовозрастным. Среди этих вековых лесов встречаются деревья-великаны.

Чтобы войти в славную когорту гигантов, деревья должны достигнуть определенного возраста, диаметра ствола и высоты. Для дуба и сосны наименьший диаметр принят в один метр, для остальных пород — 80 см. Возраст же для большинства пород должен быть не менее 200 лет. Кроме того, дерево должно иметь характерную для каждой породы форму ствола и кроны. В Беловежской пуще теперь на учете 851 дерево в возрасте 200—600 лет. По предположениям ученых, после полной инвентаризации таких деревьев может оказаться здесь около трех тысяч.

Самое долговечное на Беларуси дерево — дуб. Старейшине пущанских лесов уже более шести веков. Диаметр его ствола 220 см, высота 32 м. В то время, когда Пушкин писал свою поэму “Руслан и Людмила”, он уже был гигантским деревом, под которым “кот ученый” вполне мог “сказки говорить”. Кроме этого дуба, в Беловежской пуще есть еще два в возрасте более 600 и 10 дубов старше 500 лет. Возраст самой старой сосны — 450 лет, липы — около 400, ясеня — 330, ели — около 300 лет. Наиболее высокие деревья — ели, пихты, сосны — выносят кроны на высоту более 40 метров.

Все меньше на земле лесов и деревьев-великанов. Поэтому гибель зеленых гигантов воспринимается как утрата близкого человека. Более десяти лет назад в польской части Беловежской пущи бурей вывалило самое почитаемое дерево — дуб Ягелло, которому было более 500 лет. По этому случаю пригласили духовой оркестр и отдали последние почести патриарху леса. Еще и сейчас можно увидеть впечатляющие останки того гигантского дерева, обнесенные изгородью из корней и ветвей, наподобие кладбищенской ограды.

Не все деревья-великаны доживают до предельного возраста. Многие из них становятся жертвами стихийных бедствий (лесных пожаров, ураганов) или пагубного влияния человека. Так, в Беловежской пуще в 1811 и 1834 гг. сильные пожары уничтожили лес на большой территории. Погибло много старовозрастных деревьев. В 1839 г. 2834 дуба-великана были срублены для нужд русского флота. Об их размерах можно судить по требованиям, предъявляемым к корабельному лесу. Для изготовления самых крупных и наиболее ответственных частей корабля годился дуб в возрасте не менее 350—400 лет. Его ствол по всей длине не должен был иметь гнилых сучьев, наростов и других дефектов. Но вывозка деревьев в Санкт-Петербург оказалась слишком дорогой, и 613 огромных стволов, которые забраковали из-за различных пороков, остались на месте на долгие годы. Однако потребности в деловой древесине для флота были большие, и, не считаясь с затратами, в 1840 году заготовку дуба продолжили. Для сплава леса подготовили протекающую по территории Беловежской пущи реку Нарев. Но операции поглотили столько денег, что Департамент корабельных лесов окончательно отказался от заготовки в пуще. Это спасло жизнь не одному дереву. А вскоре корпуса судов стали делать металлическими.

Много деревьев пало в первую мировую войну от рук немецких захватчиков. После немцев рубила лес английская фирма “Центура”, вывезшая миллионы кубометров ценной древесины. До сих пор на стволе одного из гигантских дубов сохранился шрам — след пилы. К счастью, дерево уцелело и дожило до наших дней.

Деревья-великаны — также ценные носители генетического фонда. Сформировались они еще в дотехногенную эру и несут в себе набор свойств, уже утраченных в дальнейших поколениях. Поэтому важнейшая задача — сохранить их для потомков, чтобы и в будущем люди могли видеть величие и красоту первозданной природы.

Анна Денгубенко, Александр Стрелков.