Скрипачи на ратуше

Все волшебники сговорились съехаться в этот день в белорусский город Витебск. А как же иначе? Празднуется 110-я годовщина со дня рождения одного из знаменитых их собратьев — художника Марка Шагала.

Родился он 7 июля, в день, что следует за поэтичнейшей ночью на Ивана Купалу. Она на этот раз для горожан оказалась совсем необычной и стала логическим завершением предшествовавших ей чудес. А начались чудеса на празднике улицы Покровской, где каждый на мгновение мог почувствовать себя художником и поэтом.

...Вот отодвигается красочный занавес (его закрепили на угловых домах, за которыми — улица Покровская) — и перед нами словно навеки застывшее шагаловское полотно. Воссоздано оно энтузиастами — устроителями праздника, актером. Но минута-другая -- и уже новое действо захватывает внимание. По улице разгуливают евреи-торговцы и портные, то и дело снуют разносчики газет. Усевшись на лавочках, судачат о чем-то о своем давние соседи. Мимо них проезжают лошадиные повозки. В одной — прекрасная юная пара... Останавливается повозка возле домика, где жил Шагал...

Собственно, праздник и посвящен открытию этого дома, который отныне стал музеем. И везде, куда ни глянь, — васильки, васильки... Они в огромных вазах у подножия памятника, в головных уборах. Эти цветы были преподнесены и внучке художника — Белле Шагал, которая прилетела в Витебск из Нью-Йорка. Васильки в реальности — не на полотне — Белла увидела впервые...

В самой атмосфере праздника, в прекраснейших еврейских мелодиях, тончайших, изящных движениях рук танцующих чувствовалось и что-то грустное, щемящее душу. Как и в стихах белорусского поэта Давида Симановича, которые он читал в момент открытия этого торжества:

И сказал Шагал, чуть дыша,

в час последний вдали от родины:

“Там осталась моя душа”,—

и глаза его синие дрогнули.

И припомнил он о былом.

И увидел дворик с березкою,

где грустит покинутый дом:

29, Вторая Покровская.

Там — окраина. Чад.

Глядят окна в мир еврейскими ликами.

Козы прыгают у оград.

Скрипачи на крышах пиликают.

На этот раз с наступлением темноты они “пиликали” не на крышах, а на бывшей городской ратуше, по-хозяйски заняв место возле башенных часов. И, глядя сверху вниз на музыкантов, артистов, изумлявших публику воздушных гимнастов, они улавливали только ими слышимую мелодию...

Алла Стулова.

Геннадий Жинков -- фото.