Вячеслав Любовицкий, 46 лет, белорус, уроженец Полоцка. Окончил юрфак в Харькове. Имеет 22-летний стаж работы в территориальной прокуратуре. Государственный советник юстиции 3-го класса. Воинское звание — генерал-майор юстиции.

Женат, имеет детей в возрасте тринадцати и восьми лет. Отпуск обычно проводит на Витебщине, где есть великолепные места для "тихой охоты" и рыбалки.

— Вячеслав Викторович, почему именно вам предложили возглавить военную прокуратуру?

— Наверное, спросите у Генерального прокурора, который меня предложил на эту должность. — Вячеслав Викторович улыбается. — В моей характеристике написано, что я зарекомендовал себя человеком, способным организовать работу. Вот, пожалуй, все, что я могу сказать.

— Вы человек гражданский, а в армии — своя специфика... У вас были сомнения, стоит ли соглашаться на это предложение?

— Я попросил пару дней подумать. А потом решил, что у нас одна Конституция, один закон о прокуратуре и существенной разницы в деятельности территориальных и военных прокуратур нет. Своя специфика есть. Но с учетом опыта, думаю, с этим разберемся...

— Какие вами сделаны первые шаги в должности белорусского военного прокурора?

— Я побывал в трех межгарнизонных военных прокуратурах — в Минске, Бресте, Барановичах. В самое ближайшее время проеду по остальным прокуратурам, познакомлюсь с людьми, изучу, как говорят, обстановку на месте. Значительную часть времени заняла подготовка к проведению расширенной коллегии Белорусской военной прокуратуры. Мы подвели итоги за прошлый год, определились в ориентирах.

— На свежий взгляд, в чем выигрывают и в чем проигрывают военные юристы по сравнению с гражданскими коллегами?

— Какие-то глубокие выводы делать рано. Пока вижу, что дисциплины в военных прокуратурах больше. Я нашел грамотных, ответственных людей. Думаю, с ними будет легко работать.

— С человека в погонах можно строже спросить за промахи?

— Может быть. Если начистоту, то, работая в территориальной прокуратуре, мне приходилось частенько людей убеждать, даже просить... Я не сторонник чрезмерного администрирования и не собираюсь только отдавать приказы. Для меня гораздо важнее, чтобы мои подчиненные осознавали, чем они занимаются, понимали всю возложенную на них ответственность.

— Вячеслав Викторович, вы подписали представление в Министерство обороны об устранении нарушений в законодательстве по пенсионному обеспечению отдельных категорий граждан. Кажется, так называется этот документ. Речь в нем идет о тарифной сетке, пресловутых коэффициентах военных пенсионеров. Дело это тянется уже несколько лет. И вот наконец-то оно сдвинулось... Вы понимаете, что этот документ с вашей подписью скорее всего вызовет неудовольствие, скажем так, у некоторых служб и управлений Минобороны?

— Никакой особой смелости здесь не вижу. Если должностные лица допускают нарушение законности — в данном случае речь идет о нарушениях со стороны управления экономики и бюджета Министерства обороны, — прокуратура обязана принимать соответствующие меры.

— Какие вы как белорусский военный прокурор ставите перед собой задачи?

— Задача одна — соблюдение законности.

— На расширенной коллегии по итогам года был сделан вывод о том, что уровень преступности в войсках можно ежегодно существенно снижать. Действительно ли эта тенденция стала необратимой?

— Уже два года подряд мы говорим о снижении преступности в армии в среднем на 30 процентов. Связываем это с тем, что после периода разброда и шатаний в обществе наступил период стабилизации. Можно смело сказать, что в снижении уровня преступности есть немалая доля труда военных прокуратур, суда. Сейчас важно закрепить это положение. Как это сделать? Есть только один путь: надо центр тяжести всей нашей работы перенести на профилактику преступлений.

— Что сейчас наиболее тревожит Белорусскую военную прокуратуру?

— Пожалуй, пьянство. Вот цифры. По итогам года количество преступлений, совершенных в состоянии алкогольного опьянения, увеличилось на 41 процент! К сожалению, в казармах пьют. Особенно в ночное время. Другая проблема — рост преступлений, совершенных на почве неуставных взаимоотношений. Пусть на два преступления, но рост, а не снижение.

— Кажется, кто-то из чешских сатириков написал: "Суд военный — с ним не шутят, судят по приказу. Он имеет в патронташе все законы сразу". Я надеюсь, что ваша принципиальная позиция по неотвратимости наказания не повлияет на право на защиту?

— Закон для всех один. С момента задержания любой человек имеет право обратиться к адвокату. Военная прокуратура никогда этому не препятствовала и препятствовать не собирается.

— Вячеслав Викторович, вы производите впечатление спокойного, уравновешенного человека. Есть что-нибудь, что может вас вывести из себя?

— Есть. Предательство и непорядочность. Я уважаю людей, которые живут в ладу со своей совестью.