Референдум, год спустя

Ровно год назад, 24 ноября 1996 года, был проведен республиканский референдум, одобривший Конституцию Беларуси с существенными дополнениями и изменениями. Как повлияло это событие на судьбу рядовых граждан? Об этом рассказывают уличные собеседники корреспондента "Вечернего Минска".

Валерий Скобелин, работник службы маркетинга государственного предприятия:
— В первую очередь радует то, что политическая ситуация у нас, в республике, стабилизировалась, появилась тенденция к ее устойчивости. К сожалению, мы слишком во многом зависим от наших ближайших соседей и партнеров по СНГ и особенно от России. Сегодня у нас, безусловно, имеется свой путь развития, но вместе с тем мы должны рука об руку идти с нашими соседями. И многое будет зависеть от того, какая ситуация сложится у них.

Анатолий Ильин, автомобилист:
— На мой взгляд, ничего существенного не произошло. Законодательство практически осталось на прежнем уровне. К сожалению, не у нас, а в России идут какие-то улучшения в этом смысле. Там, например, подоходный налог максимум 35 процентов, и сейчас обсуждается вопрос, чтобы снизить его до 20 процентов. А у нас максимальная ставка налога — 50 процентов.

Что же касается международных связей, то Запад, как я понимаю, очень тяжело идет на контакты, боясь вкладывать деньги в нашу экономику. Причина? Неустойчивость курса развития нашего государства. Мы не находим своего места в центре Европы из-за недоверия западных предпринимателей, а теперь уже, наверное, и российских. Вот и получается, что какое-то движение, чисто эмоциональное есть, а заметных изменений в улучшении нашей жизни не произошло.

Светлана Волочко, библиотекарь:
— Я живу в курортном поселке Нарочь. От Минска далековато, по-видимому, именно поэтому и реформы меньше всего нас коснулись. Я работаю в тургостинице “Нарочанка”. Летом у нас проблем нет: очень много отдыхающих, даже с избытком. А когда приходит зима, мы остаемся без работы. Выручают работников наших здравниц чернобыльские дети, проходящие оздоровление. Если бы не они, мы вообще всю зиму дома сидели бы. И никому до этой проблемы нет дела. А ее следовало бы решать — что-то строить, что-то менять в сфере обслуживания, чтобы люди у нас проходили оздоровление круглый год. Иначе трудно выживать, особенно молодым семьям, проживающим к тому же в общежитиях.

Оксана Шелестович, студентка мединститута:
— Как и у всех, у студентов положение тяжелое, хотя и получаем какую-то стипендию. Хорошо, что мы еще получаем бесплатное образование, за что очень благодарны государству. И еще, хорошо, что после окончания вуза нас распределяют. Значит, будем обеспечены работой по специальности. А это сегодня главное. Самим врачам-гигиенистам очень трудно было бы устроиться на работу, поскольку коммерческих учреждений этого профиля нет.

Олег, инвалид в результате несчастного случая, подрабатывающий в частной фирме:
— Моя инвалидская пенсия увеличилась процентов на пять, а цены — сами знаете, на сколько. Мое предложение: чтобы власть заботилась о том, как бы нам дать, а не отнять. Два года назад я чем больше работал, тем больше мог и получить на содержание своей семьи, а сегодня так придавили, что честно нельзя заработать. Прямо-таки вынуждают совершать какие-то незаконные сделки, иначе все заберут в виде налогов. Так вот и болтаешься, живешь неопределенностью. Это минус нашим властям, которые не могут урегулировать эти отношения.

Наталья Белова, учительница высшей категории:
— Я считаю, что жить стало хуже потому, что отошли от Конституции 1994 года. Ее принял Верховный Совет и она законная, а эту никто не утверждал. Результаты референдума тоже незаконны, они были подтасованы так, как кому-то надо было. На мою зарплату в 1 млн 300 тысяч прожить невозможно, вот и подрабатываю продажей газет.

Денис Романовский, студент Академии управления:
— С одной стороны, после референдума вроде бы что-то изменилось в стране, но в повседневной жизни большинство людей мало что почувствовали. Изменения произошли, наверно, только для тех людей, которые хотят организовать свое дело, свой бизнес. С другой стороны, чувствуется какой-то идеологический пресс сверху. В моей студенческой жизни мало что изменилось.

Людмила, экономист
— Для рядового обывателя, коим я являюсь, наверное ничего не изменилось. Бытовые проблемы у каждого из нас были и остаются. Ну что изменилось? Политический пресс закручивается еще сильнее. Беларуси на международной арене совсем не видно, если мы видим только Восток. А где же Запад? Хотелось бы, чтобы мы не пренебрегали чужим мнением, не считали себя умнее других, потому что мир наследует и культуру, и другие традиции. И мы часть этой культуры. Какой-то особенный путь для Беларуси не нужен. Мы должны идти вместе со всеми к тем ценностям, которые мир сегодня принимает и поддерживает. Я так считаю...

Уличный разговор вел Василий Романовский.