22 ЯНВАРЯ 1998 г. ЧЕТВЕРГ N 12 (8821)

“Парламентские каникулы” Говорухина

Долгие годы мы знали Станислава Говорухина как кинорежиссера. А потом он занялся политикой, возглавил комитет по культуре Государственной думы России. Но вот на днях Говорухин предстал перед нами как живописец. Во Дворце искусства — выставка его пейзажей. Среди организаторов Министерство культуры республики, минская студия “Кинопарк”, московская галерея “Багира” и другие.

Пожалуй, для многих стало открытием то, что этот с виду жесткий человек способен на поэзию... в красках.

...Бьются о скалы морские волны. Падают лепестки с куста цветущего жасмина. А вот пруд в осеннем лесу... Эти и многие другие работы созданы за последние три года (по словам специалистов, некоторыми из пейзажей гордились бы и профессиональные художники). До того известный режиссер и политик ни разу не брал в руки кисть, краски. Как сам он заметил, даже в детстве ему не пришлось этим побаловаться, хотя и мечтал. И вот однажды...

— Сидим мы как-то у художника Александра Шилова: Александр Руцкой, в то время недавно выпущенный из Лефортово, Сергей Бондарчук, ныне покойный, и я. А было это весной 94-го, — рассказывает Говорухин. — И собираются они утром ехать за город на этюды. Предлагают и мне. “А этюдник дадите?”—спрашиваю. “Конечно”, — отвечает Шилов. Назавтра поехали мы на берег Москвы-реки. Руцкой и Бондарчук стали пейзаж писать: река, церковь... А я посмотрел и решил — не осилю. Повернулся спиной к пейзажу и давай рисовать Руцкого. И название своей картине придумал — “Узник на этюдах”. Но когда мое творение увидел Шилов, меня он неожиданно похвалил. С того дня каждую свободную минуту я старался рисовать с натуры. Пытался также копировать Шишкина, Левитана, Куинджи. Сейчас мое увлечение живописью доставляет мне огромное удовольствие...

Это уже третья выставка работ Станислава Сергеевича (две были в Москве). А названа экспозиция “Парламентские каникулы”. Ведь именно живописью заполняет их Говорухин. Кстати, немало желающих было купить картины. Но на это автор не поддается.

Со временем он собирается приступить к портретам. Считает, что и это осилит. А тем, кто уж слишком удивляется его позднему увлечению, приводит в пример Черчилля, который занялся живописью... в восемьдесят лет.

Нина Марадудина.
Николай Бондарик -- фото.

Опубликовано в газете, издаваемой типографским способом в городе Минске