Когда обманываться рад...

“Садись поближе. Будем секреты разгадывать...” Наверное, каждое выступление дипломантов Всесоюзного конкурса, артистов Санкт-Петербургского цирка Людмилы и Георгия Аверьяновых предваряют эти слова — дотошные мальчишки, уже вышедшие, по их мнению, из возраста, когда верят в чудеса, готовы разоблачить все манипуляции иллюзиониста. Не проходит и десяти минут после начала представления, как эти самые мальчишки, разинув рты, пытаются уследить за ловкими руками фокусника.

А творят эти самые руки просто фантастические вещи. Казалось бы, много раз и по телевидению, и в цирке видели фокусы и с картами, и с веревками, которые режут-режут, а те все целы-целехоньки. Но все-таки как это делается?! Невольно хотелось вместе с ребятишками, сидевшими в первом ряду, подобрать многочисленные обрезки, чтобы рассмотреть. Да нет, вроде веревка как веревка.

Кстати, по мнению Георгия Аверьянова, для иллюзиониста работа перед детской аудиторией — высший пилотаж. Здесь все должно быть выполнено виртуозно и тонко. А еще Аверьянов любит в помощники выбирать кого-то из зала. Представьте, как вырос авторитет родной учительницы в глазах старшеклассников, когда она сначала собственноручно искромсала пресловутую веревку, а потом продемонстрировала всему залу, что она цела.

А затем и весьма скептически настроенному девятикласснику самому удалось продемонстрировать “ловкость рук и никакого мошенства”. Фокусник предложил ему свою любую денежную купюру завернуть в три листа бумаги, предварительно записав серию и номер. (На одном из представлений в Могилеве подросток, нисколько не замешкавшись, достал из кармана стодолларовую купюру (!) И даже из-под такой надежной охраны деньги словно испарились. А нашел их подросток уже в металлической капсуле — и, естественно, все цифры сошлись. Вернулся парень на место в зал несколько обескураженным: стоял в полушаге от фокусника, держал все бумажки в своей руке и... крибле-крабле-бумс!

Вообще-то, описывать все метаморфозы, происходящие на этом представлении, задача неблагодарная. Как можно описать собственные чувства, когда Георгий Аверьянов спускается со сцены в зал с насквозь пронзенной огромным ножом рукой? А каково Людмиле Аверьяновой, когда ее сначала запирают в ящике, а затем протыкают двадцатью шпагами?

За час с лишним, пока длится представление, Аверьяновы показывают три десятка фокусов, причем практически весь реквизит к ним Георгий изготовил сам. Но все, что касается техники фокусного “производства”, покрыто тайной. Впрочем, эту тайну разгадывать и не хочется: невероятно, но быть обманутым даже приятно. Если тебя обводит вокруг пальца такой мастер...

Надежда Белохвостик.