Реактор не взорвался. Его взорвали

12 лет назад взорвался злополучный реактор Чернобыльской АЭС. Последствия этой аварии растянуты на столетия. Участниками “круглого стола” “Чернобыль. Будет ли услышан сигнал SOS?” стали специалисты, которые изучают проблемы, рожденные взрывом на АЭС. Инициаторы этого разговора — Белорусская ассоциация молодых политиков и Минский международный образовательный центр. Важно то, что в него включились представители молодежных организаций Беларуси. Этим ребятам в 86-м было по 8—10 лет. Тогда они еще не могли осознать весь трагизм происшедшего. Теперь им представилась такая возможность.

Георгий Лепин, доктор технических наук, провел в Чернобыле шесть лет. До сих пор в его голосе слышится боль, когда он вспоминает события, предшествовавшие столь длительной командировке.

Говорят, реактор взорвался. Правильнее сказать, его взорвали. Чернобыль — это безхозяйственность, помноженная на бесконтрольность и безответственность. Были допущены грубейшие нарушения. Напомню, реактор пытались вывести из эксплуатации. Он начал глохнуть. По всем инструкциям, его надлежало заглушить окончательно. Вместо этого обслуживающий персонал принялся “вытягивать” реактор. Тот пошел на разгон. В этот момент в разрез со всякими правилами включили систему защиты.

Существует еше одно обстоятельство, которое повлияло на ход событий. Наиболее квалифицированные специалисты Чернобыльской АЭС переехали в Киев. Остались далеко не лучшие.

Далее рассказ Георгия Федоровича обрастал все более впечатляющими подробностями. Вы что-нибудь слышали о чернобыльских биороботах? Если, например, гусеницы обычного робота запутывались в тросах, в самых опасных местах технику заменяли солдаты. Несмотря на средства защиты, риск был смертельным. Допустимой дозой облучения считалось 25 рентген. Однако дозиметры, рассчитанные на 50, вблизи такого биоробота мгновенно зашкаливало. Сам Георгий Лепин, будучи до Чернобыля человеком абсолютно здоровым, теперь от дуновения ветерка мгновенно схватывает ангину.

Наивны те, кто думает, будто все чернобыльские захоронения надежны. Так, Рыжий лес, что вблизи станции, всего-навсего засыпан песком. Между тем неподалеку от этого места в грунтовых водах обнаружены соединения плутония, период распада которого тысячи лет.

По мнению профессора Лепина, перед человечеством остро стоит вопрос о том, строить ли новые АЭС? Ведь это идеальные системы для производства опасных отходов. Наши атомщики в защиту АЭС приводят такой аргумент: атомная энергия на 30 процентов дешевле, нежели от тепловых станций. Но при этом не упоминают, что затраты на строительство АЭС покрываются лишь в течение 50—60 лет. Так долго атомные электростанции не эксплуатируют. Плюс расходы на обслуживание после их закрытия. А вот наши тепловые станции работают с недогрузкой. Их, говорит Георгий Федорович, нужно реконструировать и переводить на парогазовый цикл. Скажете, газ — это зависимость от России. Но и она в аналогичном положении, потому что по нашей территории проходит газопровод. Поэтому за газ мы платим по льготной цене. Кроме того, существуют другие источники энергии. Торф, например. Ведутся разработки в области солнечной и термоядерной энергетики.

Мнение коллеги разделил доктор технических наук Василий Ермашкевич. Он подчеркнул, что большинство цивилизованных стран прекратили строительство АЭС. Производство энергии на АЭС никогда не станет экологически чистым.

Доктор биологических наук Роза Гончарова поведала молодым о некоторых мифах, связанных с Чернобылем. Первый — о чистых и загрязненных территориях. Уровень радиации в “чистых” ниже, чем в загрязненных районах, но все равно выше нормы. Радионуклиды, разбросанные по Беларуси, и по сей день облучают нас. Второй миф, который рьяно отстаивал чиновничий люд, о том, что заболевания раком щитовидки в Беларуси спонтанные. С аварией они никак не связаны. На самом деле этот вид рака очень редкий. Раньше в три года мог быть всего один случай. По сравнению с дочернобыльским периодом заболеваемость раком щитовидки увеличилась на 74 процента. По прогнозам ученых, Чернобыль даст минимум 7—8 тысяч больных таким раком. Пока их 900. Растет количество больных лейкемией. Это еще цветочки. Ягодки впереди. Рак — ничто иное, как мутация клеток организма. Вполне вероятны генные изменения. Ведь уже сейчас участились случаи врожденных пороков развития. Подрастает поколение риска. Родителям следует помнить, что проверить здоровье ребенка лишний раз не помешает. Рак легче вылечить на ранней стадии.

Татьяна Щедренок.