"Привет, любовь моя тюремная..."

В следственном изоляторе ГУВД Минского горисполкома мне показали целый пакет записок и писем, изъятых у подследственных. (Переписка здесь строго запрещена). Многие из них "сидят" за серьезные преступления. Парадокс, но факт: чем тяжелее содеянное, тем лиричнее, красивее пишут... Впрочем, некоторые авторы переписываются одновременно с несколькими "любимыми".

Вот некоторые отрывки из этих писем. Авторы их — разные, имена они себе выдумали...

"Настенька, здравствуй! Не случайно сегодня ночью я находился возле решетки в тот момент, когда принимали почту от вас... Думал, что все это ерунда — переписка с человеком, которого никогда не видел, ожидание ответа, какие-то общие темы для "разговора". В общем, все, что мы называем тайной володарской перепиской... Меня зовут Саша, или "Афганец". Я бывший профессиональный военный. Возраст? Немного за 30, но на вид на 8—10 лет меньше. Рост 186 — невысокий. Но, видимо, еще расту — часто во сне летаю..."

***

"Милый мой мальчишка! Если бы ты знал, как не хватает твоего присутствия! Твоего ласкового слова, нежного прикосновения, доброй улыбки... Сегодня проснулась с таким прекрасным настроением, душа пела. Но увы! Вдруг открылась дверь, и меня вызвали к адвокату. Все, Сашенька, конец! Пересуда не будет. Четыре года! Выброшенные на ветер. Вернусь почти старухой... Здесь, в тюрьме, насмотрелась на "многократок". Наслушалась, кем они были до первой судимости и что с ними стало теперь... Со дня на день жду "утвержденку". Но я буду каждый день тебя вспоминать. Одно плохо: не знаю, когда ты будешь на зоне... Сашенька, забыла в прошлой мулечке (тюремные записки, письма. — Прим. Т.Х.) написать про твой голос. Он у тебя классный. Помнишь, мы с тобой разговаривали перед тем, как перестали работать с вашей хатой (пересылать почту в камеру. — Прим. Т.Х.)".

***

"Здравствуй, моя милая! У меня в голове сложился твой образ и практически не выходит из нее. Нам обязательно нужно будет встретиться. Ты как? Встреча будет — выше крыши! Эти сладкие, нежные объятья... Я бы тебе купил торт и кормил из своих рук. А потом долго и нежно целовал бы тебя..."

***

"Привет, любовь моя тюремная! Живу твоими мульками и своей любовью к тебе. Итак, слушай (читай) анекдот...

В книжный магазин заходит "новый русский" и просит: "Дайте мне книгу "Как за одну ночь стать миллионером". Продавец дает ему две книжки. "А почему две?" — "Вторая — "Уголовный кодекс" — бесплатное приложение к первой". Ну что, понравилось? На этом я оборвусь".

***

"Натуся, добрый вечер! Сегодня ходили на прогулку. Если успела разглядеть нашу "толпу", то я был в черной футболке с короткими рукавами, вернее, без них... С каждым письмом я буду стараться передать тебе хорошую сигарету, чтобы ты могла тут же закурить и не торопясь его прочитать. Жаль, что в этот момент под рукой не может появиться чашечка натурального ароматного кофе, как в "Адмирале". Но это дело поправимое — наше от нас никуда не уйдет! Ужасная несправедливость, что мы здесь находимся. Такое ощущение, будто время остановилось и все — сон... На воле я не запоминал снов. А здесь от них научился получать удовольствие, как от фильмов. Все видится в цветах и красках, и главный герой — я. Важно — не открывать сразу глаза, постараться все запомнить. Смешно, конечно. На воле на это не обращаешь внимания, здесь же радуешься каждой незначительной мелочи..."

***

"Чем стала я?
Зачем еще живу?
Я — тепло без души,
Я — тень былого,
Носимого по воле вихря
                                     злого...
У Бога только смерти
                                я прошу.
...Очень люблю тебя,
                                  Димка!"

***

"Я так в тебя влюбился! Никогда бы не поверил, что такое может быть. Ты представляешь, если у нас все получится и мы поженимся? У нас будут дети! Доченька спросит: "Мама, а как ты познакомилась с папой?" Ты расскажешь удивительную историю, и дети нас поймут... И я счастлив, что мне приходят мульки от самой что ни на есть лучшей девушки этих мест..."

***

"Скажи мне, мой милый Сашенька, свидание дают только с теми, кого вписываешь? ...Сестра мне сказала, что если кто и загонит в гроб маму, то только я. Насчет мамы я, конечно, согласна. Меня в семье больше всех баловали, а я оказалась скотиной... У нас отец был верующим, баптистом. Мама и мы, дети (нас четверо), верили в Бога, но молча, в себе. Вот и представь, какая у нас семья — никто не курит, не пьет, а я — урод! Надеюсь, что Бог меня простит за все. Тем более я узнала, что на Гомеле заключенных посещают верующие евангелисты..."

***

"...Жизнь сложная, интересная штука. И как говорил классик: "Прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы". И еще одно мудрое высказывание, которого я придерживаюсь и которым хочу поддержать тебя: "Твое от тебя никогда не уйдет. Нужно только научиться разбираться — где твое, а где нет, хотя чужое порой — лучше". Ну вот, солнышко, я сегодня настрочил тебе больше, чем в предыдущие разы..."

***

"Ты писал, что вам намного легче перенести разлуку с женщиной, чем нам с мужчиной? Ты, я считаю, не прав... Говоришь, если к нам сейчас запустить мужчину, замучаем вусмерть? Да, он действительно умрет, но не от нас, а от стыда, что у него ничего не вышло!"

***

"Зайка моя маленькая! Я тебя люблю и хочу, чтобы дальше Серебрянки ты отсюда никуда не попала. Чтобы твои письма я получал и на зоне. А больше всего хочу встретиться с тобой на свободе. Сесть в машину и укатить... Наберем всяких вкусностей, чтобы не отвлекаться на приготовление пищи. Включим спокойную музыку и предадимся блаженству. (Ты как?) Я бы тебя долго и страстно целовал, наслаждался тем, что ты рядом, повторяя тысячу раз: люблю! Вечером, когда вода в озере — как парное молоко, мы пойдем купаться. (Сей образ используют многие. — Прим. Т.Х.). Маленькие лучики заходящего солнца будут освещать наши силуэты. И весь не видимый глазу животный мир станет любоваться нами. А мы будем бесконечно радоваться, что вместе и на свободе..."

***

"Как же вынести весь ад
В стенах заключенной?
Не понять, кто не сидел,
Не был заточённой...
Видишь сон, и он цветной —
Лишь бы не проснуться!
В нем так было хорошо —
Милого коснуться!
Здесь ведь "бабки"
                        не при нем,
"Мерса" нет и фляги...
Просто с милым хорошо
На листке бумаги".

Подготовила Тамара Хамицевич.
Фото автора.